Balance impairment as a limiting factor of functioning after stroke: a contemporary interdisciplinary approach to rehabilitation

Cover Page


Cite item

Full Text

Open Access Open Access
Restricted Access Access granted
Restricted Access Subscription or Fee Access

Abstract

Postural control (PC) impairment is a consequence of acute cerebrovascular events leading to increased disability, limiting functioning, increasing fall risk, and causing a sustained decline in quality of life. The relevance of this review is determined by the need to implement a comprehensive interdisciplinary approach to stroke rehabilitation integrating modern diagnostic and PC correction methods, which is of particular importance given the rising number of patients with this condition and limited effectiveness of traditional rehabilitation strategies. Based on the analysis of 76 scientific publications, contemporary concepts of the pathophysiology of post-stroke balance impairment are systematized; central nervous system dysfunction, proprioceptive deficit, and impaired cortical activation play a key role in its genesis. Valid and reliable assessment tools are discussed, including standardized clinical scales (Berg Balance Scale, Timed Up and Go Test) and instrumental techniques (stabilography, 3D gait analysis, inertial measurement unit–based systems), as well as assessment methods aligned with the International Classification of Functioning framework. The effectiveness of interdisciplinary rehabilitation programs using innovative technological solutions, such as robotic therapy, biofeedback-based systems, and virtual reality, has been demonstrated, showing positive effects not only on physiological balance parameters, but also on activity and participation levels. Particular attention is given to combined kinesitherapeutic approaches such as proprioceptive neuromuscular facilitation, and to integrating psychological support to address fear of falling.

Full Text

ОБОСНОВАНИЕ

Инсульт, или острое нарушение мозгового кровообращения (ОНМК), всё ещё остаётся одной из лидирующих причин глобальной смертности и роста уровня инвалидности и обусловливает существенную социально-экономическую нагрузку на системы здравоохранения [1]. Эпидемиология заболевания характеризуется высокой распространённостью его как ишемических, так и геморрагических форм, при этом в странах с низким и средним уровнем жизни регистрируется большая доля геморрагического инсульта [2]. Прямое сопоставление экономических показателей, таких как стоимость лечения одного пациента, которая, например, в США достигает 59 900 долларов в год, осложнено методологической гетерогенностью исследований [1]. Высокий уровень инвалидности после ОНМК напрямую связан с расстройствами постурального контроля (ПК), выступающими ключевой детерминантой ограничений жизнедеятельности для пациентов после перенесённого заболевания. В рамках концепции Международной классификации функционирования (МКФ) ограничения жизнедеятельности (activity limitation) проявляются в снижении мобильности, высоком риске падений и утрате самостоятельности в самообслуживании, формируя патологический круг, усугубляемый страхом пациента перед падениями [3].

Патофизиология нарушений ПК связана с дисфункцией интеграции сенсорной афферентации и генерации моторного ответа. У пациентов с острым центральным вестибулярным синдромом (ОЦВС) постинсультного генеза компенсация постурального дефицита сопряжена со структурной нейропластичностью в мультисенсорных корковых зонах, при этом правое полушарие играет ключевую роль в поддержании равновесия [4]. Эти данные подтверждают, что восстановление ПК представляет собой активный процесс реорганизации центральной нервной системы, а не просто устранение острых симптомов. Роль целостности сенсорного восприятия в поддержании равновесия подтверждается результатами исследований у пациентов с сахарным диабетом 2 типа, у которых нарушение двигательной активности идентифицируется как независимый предиктор постуральных нарушений и падений [5]. Данный механизм релевантен и для пациентов после инсульта, у которых дисфункция обработки сенсорных сигналов (проприоцептивных, вестибулярных, зрительных) составляет основу ПК.

Современные программы реабилитации, основанные на междисциплинарном подходе, предполагают применение комплексных методов коррекции нарушений ПК. Программа многофакторного сенсомоторного тренинга, основанная на различных типах сенсорного воздействия, обладает преимуществом в улучшении проприоцепции и поддержании стабильности в переднезаднем направлении по сравнению со стандартной программой тренировок на беговой дорожке у пациентов в подостром периоде инсульта [6], что указывает на обоснованность целенаправленного воздействия на сенсорный компонент ПК. После перенесённого инсульта перспективным подходом является применение передовых методик, таких как тренировки на беговой дорожке с разными режимами, демонстрирующих эффективность, сопоставимую с традиционными методами тренировки ходьбы и равновесия, хотя и не превосходящих их по всем параметрам, включая качество походки [7]. Ключевым психологическим фактором, опосредующим взаимосвязь между нарушением равновесия и ограничением жизнедеятельности, является страх падения. Данное состояние ассоциировано с риском падений и оказывает опосредованное влияние на процесс восстановления путём снижения физической активности и ухудшения способности поддерживать равновесие, формируя порочный круг патогенеза [3]. На выраженность психологической нагрузки значительное влияние оказывают такие факторы, как депрессия, женский пол и наличие падений в анамнезе, что говорит о необходимости интеграции психологической поддержки в программы реабилитации.

ЦЕЛЬ

Систематизация современных литературных данных о роли нарушений равновесия в ограничении жизнедеятельности и обоснование необходимости междисциплинарного подхода в реабилитации больных после ОНМК.

МЕТОДОЛОГИЯ ПОИСКА ИСТОЧНИКОВ

Отбор статей для проведения обзора проводился в соответствии с рекомендациями PRISMA (Preferred Reporting Items for Systematic Reviews and Meta-Analyses). Алгоритм отбора исследований представлен на рис. 1.

 

Рис. 1. Алгоритм поиска исследований.

Fig. 1. Study search algorithm.

 

Поиск релевантных исследований проводился в течение 4 месяцев (с апреля 2025 по июль 2025 года) в международных и российских библиографических базах данных: PubMed / Ovid MEDLINE, Google Scholar, Science Direct и eLIBRARY. Глубина поиска публикаций составила 8 лет, с 2018 по 2025 год, для отражения как устоявшихся, так и новейших подходов в реабилитации пациентов после ОНМК. В результате первичного поиска было идентифицировано 3407 публикаций: 1452 из PubMed / Ovid MEDLINE, 902 из Google Scholar, 128 из Science Direct и 925 из eLIBRARY.

Поисковые запросы включали следующие ключевые слова и их комбинации с использованием булевых операторов (AND/OR/NOT) для уточнения релевантности:

  • на английском языке: postural balance, balance disorders, postural control, stroke, rehabilitation, interdisciplinary approach, multidisciplinary team, occupational therapy, physical therapy, proprioceptive training, PNF, virtual reality, robotic therapy, exoskeleton, biofeedback, posturography, gait analysis, Activities of Daily Living, activity limitation, participation restriction, fear of falling, fall risk;
  • на русском языке: нарушение равновесия, постуральный контроль, инсульт, реабилитация, междисциплинарный подход, кинезиотерапия, эрготерапия, проприоцептивная тренировка, ПНФ, виртуальная реальность, роботизированная терапия, биологическая обратная связь, стабилография, анализ ходьбы, повседневная активность, ограничение жизнедеятельности, риск падений.

Все авторы независимо друг от друга провели анализ заголовков и аннотаций найденных статей. При соответствии исследования критериям включения производились извлечение и анализ его полного текста. После исключения дубликатов и применения критериев отбора в окончательную выборку для анализа было включено 76 публикаций.

Критерии включения:

  • публикации, содержащие данные о патофизиологии нарушений равновесия после инсульта, их влиянии на функциональную активность пациента, а также об эффективности междисциплинарных и технологических подходов к реабилитации;
  • рандомизированные контролируемые исследования (РКИ), систематические обзоры, метаанализы и когортные исследования;
  • исследования, имеющие в открытом доступе полные тексты на английском и/или русском языке;
  • работы, опубликованные в рецензируемых научных журналах.

Критерии исключения:

  • дубликаты публикаций;
  • исследования, посвящённые другим неврологическим заболеваниям или нарушениям равновесия нецентрального генеза или не имеющие в контексте информации о ОНМК;
  • работы, не имеющие доступа к полному тексту;
  • описания клинических случаев, тезисы конференций, мнения экспертов без представления оригинальных данных, а также публикации на других языках.

ОБСУЖДЕНИЕ

Основы патофизиологии нарушения равновесия после острого нарушения мозгового кровообращения

Постинсультные нарушения равновесия представляют собой мультифакторный патофизиологический процесс, в основе которого лежит дисфункция центральных механизмов ПК. Работа данной системы обеспечивается скоординированной активностью нейронов ствола мозга, мозжечка, базальных ганглиев и корковых структур, интегрированных в единую сеть статодинамической регуляции [8]. С нейрофизиологической точки зрения поддержание ПК представляет собой непрерывный процесс сенсорной интеграции и сенсомоторной трансформации, в ходе которых происходит анализ афферентных сигналов от зрительной, вестибулярной и соматосенсорной систем с последующей генерацией моторного ответа [9]. ОНМК приводит к нарушению работы данной нейронной сети и инициирует каскад многоуровневых расстройств. Поражение ствола мозга при унилатеральном инсульте является причиной развития ОЦВС, а последующая компенсация после повреждения связана со структурной нейропластичностью в мультисенсорных корковых областях, что, в свою очередь, подтверждает роль коры в восстановлении вестибулярных функций [10]. Повреждение мозжечка, в свою очередь, приводит к развитию атаксии и дискоординации, являясь классическим примером моторного дефицита, обусловленного нарушением центральной обработки сенсорной информации [11].

Ключевым следствием поражения при инсульте системы равновесия являются сенсорные нарушения, среди которых главную роль играет дисфункция проприоцепции. Исследование, проведённое A. Mahmoudzadeh и соавт., продемонстрировало тесную корреляцию между степенью спастичности мышц-разгибателей голени и выраженностью проприоцептивного дефицита на стороне пареза [10]. При этом структурные изменения мышечной ткани, такие как укорочение длины мышечных волокон, определяемые методами ультразвуковой диагностики, рассматриваются в качестве независимых факторов, влияющих на тяжесть как спастичности, так и сопутствующего проприоцептивного нарушения [12]. Таким образом, формируется патогенетический порочный круг, в котором моторный дефицит приводит к сенсорному, и наоборот. Помимо проприоцептивной дисфункции, существенный вклад в генез постуральных нарушений вносят расстройства вестибулярной функции и зрительно-пространственного восприятия. У пациентов с инсультом правого полушария регистрируются более выраженные нарушения как ПК, так и аллоцентрического зрительно-пространственного восприятия, что находит отражение в изменении амплитудных характеристик компонентов P1 и P2 вызванных потенциалов и свидетельствует о специализации правого полушария в интеграции сенсорной информации для обеспечения ПК [13]. Ещё более сложные расстройства, такие как синдром одностороннего пространственного игнорирования (ОПИ), оказывают непосредственное влияние на осознание пространства и репрезентацию схемы тела, являясь негативным прогностическим маркёром функционального восстановления и обусловливая необходимость целенаправленных коррекций реабилитационных программ [14].

Моторные нарушения, включающие парезы, спастичность и координаторную дисфункцию, лимитируют способность к генерации адекватного моторного ответа. Данные, полученные A. Mahmoudzadeh и соавт., свидетельствуют о том, что выраженность спастичности сама по себе может не являться прямой детерминантой равновесия, в то время как большее влияние имеет сопутствующее нарушение проприоцепции [10]. Это положение подчёркивает актуальность дифференцированного подхода к оценке моторного и сенсорного компонентов в контексте постурального дефицита. Особую сложность представляет анализ интеграции когнитивных процессов в поддержании равновесия. Результаты нейровизуализационных исследований с применением функциональной ближней инфракрасной спектроскопии демонстрируют, что выполнение постуральных задач, особенно в условиях когнитивной интерференции (двойной задачи), сопровождается активацией префронтальной, премоторной и сенсомоторной коры головного мозга (ГМ) [15–17]. Данные метаанализа, проведённого Q. Wang и соавт., подтверждают, что ходьба в режиме двойной задачи индуцирует более выраженную активацию префронтальной коры у пациентов после инсульта по сравнению с ходьбой в условиях изолированной задачи, причём характер когнитивной нагрузки (например, последовательное вычитание или преодоление препятствий) повышает степень этой активации [17]. Повышенная активность коры может интерпретироваться как компенсаторный механизм, однако у пациентов с выраженным постинсультным астеническим синдромом она также коррелирует с повышением энергозатрат и может свидетельствовать об истощении когнитивных ресурсов [18]. Исходя из вышесказанного, современный междисциплинарный подход к реабилитации больных после ОНМК с нарушением равновесия должен учитывать сложность патофизиологических механизмов, включающих сенсорный дефицит, моторные ограничения, когнитивно-перцептивные расстройства и лежащие в их основе изменения активности коры, что диктует необходимость применения комплексных методов, целенаправленно воздействующих на все компоненты системы ПК.

Нарушение равновесия как фактор ограничения жизнедеятельности пациентов после инсульта

Нарушения равновесия, возникающие после перенесённого инсульта, являются фактором ограничения жизнедеятельности пациента, формирующим патогенетический круг, ведущий к функциональному дефициту, который проявляется в трёх аспектах: нарушении мобильности, высоком риске падений и ограничении бытовой и социальной деятельности. Нарушение биомеханики и локомоции является прямым следствием нарушения ПК, что проявляется снижением скорости передвижения, асимметрией шага и формированием патологических двигательных компенсаторных движений. По данным исследования Е.А. Гурьяновой и соавт., средняя скорость ходьбы у пациентов после инсульта варьирует в диапазоне от 0,23 до 0,73 м/с, при этом значение менее 0,4 м/с является показателем выраженного ограничения мобильности [19]. Феномен асимметрии паттерна ходьбы, регистрируемый у 40–80% пациентов, характеризуется укорочением фазы опоры и пролонгацией фазы переноса паретичной конечности, что демонстрирует негативную корреляцию с общей скоростью передвижения [20]. Указанные нарушения ведут к повышению энергозатрат при локомоции, что подтверждается данными исследований с применением носимых сенсорных устройств и анализаторов газообмена, выявляющих высокие метаболические затраты при движении, которые приводят к повышенной утомляемости и дальнейшему сокращению дистанции ходьбы [19, 21].

Повышенный риск падений является закономерным следствием нарушений мобильности и ПК. По данным J.M. Roelofs и соавт., у пациентов в хронической фазе, перенёсших даже лёгкий инсульт, частота падений более чем в два раза превышает таковую в группе здоровых лиц, что сопровождается стойкими нарушениями, выявляемыми с помощью специализированных шкал, таких как mini-BESTest и Timed Up and Go test (TUG) [22]. Последствия падений приводят непосредственно к прямым физическим травмам и переломам, риск возникновения которых возрастает на 63% в течение первого года после перенесённого ОНМК, что ведёт к значительному ухудшению качества жизни, снижению мобильности, способности к самообслуживанию и болевому синдрому вследствие травм [23]. Также формируются выраженные психологические нарушения, проявляющиеся в виде боязни падения (fear of falling), которая имеет статистически значимую связь с эпизодами падений как в остром, так и в постинсультном периоде [24]. При этом страх падения может быть не только следствием, но и частично фактором риска, поскольку, индуцируя защитное ограничительное поведение, он одновременно опосредованно способствует его повышению за счёт редукции общего уровня физической активности [25]. Данный страх усугубляется наличием коморбидного состояния в виде депрессии, которая сама по себе является независимым предиктором, ассоциированным с нарушением ПК [26].

Кумулятивный эффект нарушений мобильности и высокого риска падений отражается в ограничении бытовой и социальной активности. Способность к выполнению инструментальных видов повседневной деятельности (Instrumental Activities of Daily Living, IADL), таких как совершение покупок, управление финансами или использование транспорта, тесно связана с функцией равновесия. Это подтверждается данными исследования A. Ghaffari и соавт., в которых показатели теста Тинетти (Tinetti Test) на равновесие использованы в качестве одного из ключевых предикторов успешности выполнения IADL как при лёгких, так и при выраженных когнитивных нарушениях [27]. Базовые виды повседневной активности (ADL), возраст, когнитивные функции (в особенности исполнительные) и депрессивная симптоматика также вносят вклад в формирование зависимости от IADL [28]. Данные долгосрочного катамнестического наблюдения M.S. Einstad и соавт. свидетельствуют о том, что функциональный статус, оцениваемый через 3 месяца после инсульта, является значимым предиктором снижения статуса IADL через 18 месяцев, причём комбинация показателей физической работоспособности и когнитивных функций обеспечивает максимальную точность прогнозирования, что подчёркивает взаимосвязь двигательного и когнитивного компонентов в поддержании жизнедеятельности [29]. Снижение уровня физической активности, в особенности интенсивности и объёма ходьбы, завершает формирование цельной клинической картины, приводя к снижению участия в социальной жизни и ухудшению её качества у пациентов после ОНМК, что позволяет рассматривать нарушения равновесия в качестве центрального звена в патогенетической цепи ограничений жизнедеятельности после перенесённого инсульта [22].

Современные методы оценки нарушений равновесия и связанных с ними ограничений

Клинические шкалы и функциональные тесты

Современная диагностика постинсультных нарушений равновесия базируется на применении комплекса стандартизированных клинических шкал и функциональных тестов, обладающих доказанной валидностью, надёжностью и чувствительностью к изменениям, что обеспечивает объективную оценку устойчивости и ассоциированных с ней ограничений жизнедеятельности. Золотым стандартом среди инструментов, оценивающих непосредственно ПК, признана шкала равновесия Берга (Berg Balance Scale, BBS). Эмпирические данные исследований подтверждают её надёжность при повторном тестировании (ICC = 0,99), а также сильную корреляцию с показателями других инструментов оценки, в частности с тестом Тинетти (r = 0,73) [30, 31]. Анализ, проведённый K. Miyata и соавт., подтвердил одномерность шкалы BBS и позволил разработать ключевую форму её применения, а также стратифицировать пациентов по уровням сформированности ПК, что делает данный инструмент незаменимым не только для диагностики, но и для формирования реабилитационных целей и мониторинга динамики проводимых вмешательств [32]. В контексте цифровой трансформации здравоохранения особую актуальность приобретает верификация возможности дистанционного проведения BBS. Установлено, что как синхронные, так и асинхронные форматы телеоценки имеют высокую надёжность (ICC = 0,989 и 0,997 соответственно) и сильную корреляцию с результатами очного тестирования (r = 0,970), что существенно расширяет возможности динамического наблюдения за пациентами в отдалённых регионах [33].

Для комплексной оценки мобильности и функциональной активности, ассоциированных с риском падений, широко используется тест «Встань и иди» (Timed Up and Go Test, TUG). Его прогностическая ценность в отношении оценки риска падений подтверждается результатами исследования A. Soto-Varela и соавт., в которых время выполнения теста, превышающее 15 секунд, статистически значимо ассоциировалось с наличием падений в анамнезе (OR = 2,378) [34]. TUG характеризуется высокой надёжностью (ICC = 0,98) и демонстрирует умеренную отрицательную корреляцию с показателями BBS (r = -0,53), что подчёркивает его эффективность в оценке равновесия в условиях, моделирующих повседневную активность [30]. Ещё одним значимым инструментом, оценивающим равновесие, является тест Тинетти, включающий разделы «Равновесие» и «Ходьба». Адаптированная русскоязычная версия данного теста демонстрирует высокую валидность (α Кронбаха 0,74 и 0,72 для соответствующих разделов), а также сильную корреляцию с BBS и отрицательную — с TUG, что обусловливает его ценность для дифференцированной оценки компонентов ПК и локомоции [31].

Особое место в диагностике нарушений равновесия занимают инструменты, направленные на оценку психологического аспекта — боязни падения. Международная шкала оценка риска падений (Falls Efficacy Scale-International, FES-I) имеет приемлемую дискриминационную способность к прогнозированию риска падений в когорте пациентов, перенёсших инсульт (AUC = 0,685), с оптимальным пороговым значением 27 баллов [35]. Интеграция объективных шкал, таких как BBS и TUG, с субъективной оценкой по FES-I позволяет сформировать целостную клиническую картину, учитывающую не только физические возможности пациента, но и уровень его уверенности, что является важным фактором, который необходимо учитывать при составлении программ реабилитации.

Инструментальные методы

Современная инструментальная диагностика нарушений равновесия и ходьбы в постинсультном периоде предлагает новые высокоточные биомеханические методы, позволяющие осуществлять объективную оценку нарушений ПК. Лидирующие позиции занимает стабилография (постурография), которая посредством анализа траектории центра давления (ЦД) предоставляет данные о качестве ПК. По данным исследования D. Shim и соавт., параметры ЦД, включающие скорость его колебаний и амплитуду смещения в медиолатеральном и переднезаднем направлениях, имеют тесную корреляцию с клиническими оценками равновесия. При этом в позе стоя наибольшую прогностическую ценность имеют переднезадние смещения, что отражает нарушение контроля сагиттальной плоскости [36]. Для углублённого анализа стабилометрических данных применяются передовые методы обработки сигналов, такие как нейросетевое моделирование на основе самоорганизующихся карт Кохонена. Данный подход позволяет с достоверностью до 95,9% идентифицировать патобиомеханические маркёры в статокинезиограммах и стандартизировать принадлежность групп пациентов, открывая новые перспективы для прецизионной диагностики постинсультных нарушений [37].

Не менее значимым инструментом является трёхмерный Gait-анализ (3D-анализ походки), раскрывающий кинематические и кинетические нарушения локомоции. Применение данного метода позволяет установить, что у пациентов в постинсультном периоде при преодолении препятствий регистрируются снижение скорости перемещения центра масс в переднезаднем направлении и уменьшение расстояния между центром масс и ЦД. Данные изменения свидетельствуют о реализации консервативной стратегии контроля равновесия, патогенетически обусловленной дефицитом мышечной силы [38]. Применение метода главных компонент к данным кинематики суставов позволяет провести дифференциацию пациентов по степени нарушения равновесия. В исследовании J. Cho и соавт. группа с выраженными нарушениями равновесия демонстрирует повышенную вариабельность движений как на паретичной, так и на интактной стороне, особенно в сагиттальной плоскости в фазе переноса, что подчёркивает необходимость оценки билатеральной координации [39]. Кинетический анализ Т.И. Долгановой и соавт., в свою очередь, предоставляет возможность количественно оценить мощность генерации импульса и релаксации мышц в нижних конечностях, выявляя паттерны перераспределения нагрузки, которые напрямую коррелируют со скоростью передвижения [40].

Бесшаговые системы захвата движения (Markerless Motion Capture, MMC) демонстрируют высокую согласованность с эталонными системами на основе маркёрной технологии при оценке пространственно-временных параметров походки у пациентов после инсульта, что делает их перспективным инструментом для рутинного клинического применения [41]. Системы на основе технологии Microsoft Kinect показали свою эффективность и надёжность в успешной характеристике паттернов ходьбы, а также значимую параллельную валидность со стандартизированными клиническими тестами и способность к идентификации риска падений, несмотря на определённые ограничения в анализе кинематики [42]. Перспективным является использование инерционных измерительных блоков (Inertial Measurement Units, IMU), которые демонстрируют высокую надёжность при оценке как постурального тремора в статических позах [43], так и сложных характеристик походки, включая пространственно-временные параметры, асимметрию и вариабельность, в условиях двухминутного теста ходьбы в рамках клинической реабилитации [44]. Корреляционный метаанализ A. Martino Cinnera и соавт. подтверждает целесообразность интеграции данных IMU с традиционными клиническими шкалами, демонстрируя значимую корреляцию (r = 0,69) в оценке функции верхних конечностей в рамках МКФ [45].

Оценка нарушений с применением Международной классификации функционирования

Современный подход к оценке постинсультных нарушений равновесия в рамках реабилитационного процесса предполагает комплексный анализ ограничений активности и участия, что соответствует принципам биопсихосоциальной модели МКФ [46]. МКФ предоставляет унифицированную концепцию, охватывающую не только нарушение функций и структур организма, но и ограничение активности и участия (например, снижение социальной вовлечённости), рассматривая пациента в контексте его уникальных средовых факторов [47]. Такой подход требует реализации комплексного процесса оценки, выходящего за пределы традиционных шкал, с привлечением междисциплинарной реабилитационной команды, включающей эрготерапевтов, физиотерапевтов и клинических психологов, для системного анализа бытовых навыков, самообслуживания и психологических особенностей [48].

Оценка в контексте активности, согласно концепции МКФ, фокусируется на выполнении конкретных задач и действий. В случае нарушения равновесия это напрямую коррелирует с мобильностью и самостоятельным перемещением (домен d4). Данные исследований демонстрируют, что эффективные реабилитационные программы, включающие функциональные тренировки, направленные на повышение уровня активности, приводят не только к клинически значимому улучшению ПК по шкале равновесия Берга, но и к функциональным улучшениям, объективно измеряемым, например, с помощью индекса Бартел, что отражает повышение степени независимости пациента в повседневной жизни [49, 50]. Терапия движением, индуцированная ограничением (Constraint-Induced Movement Therapy, CIMT) для верхней конечности, демонстрирует преимущество над традиционными методами не только в улучшении показателей двигательных функций (оценка по шкале Фугла–Мейера), но и в повышении функционального использования паретичной конечности в повседневной деятельности, что верифицируется с помощью таких инструментов, как Motor Activity Log [51]. Это показывает, что целевые вмешательства способны оказывать непосредственное влияние на уровень активности, повышая уровень базовой функции до реальных достижений.

Наиболее социально значимым аспектом является оценка участия в социальной жизни. Данные, полученные M. Soni и соавт., свидетельствуют о наличии тесной взаимосвязи между ограничениями активности и ограничениями участия, а также реинтеграцией в общество после перенесённого инсульта, причём указанная корреляция прослеживается в равной степени как у мужчин, так и у женщин [52]. Специфические домены МКФ, такие как d640 «ведение домашнего хозяйства» и d420 «перемещение вне дома», имеют чувствительность к изменениям, происходящим в процессе реабилитации. Это подтверждается данными A. Wiśniowska-Szurlej и соавт. в исследовании с применением функциональной проприоцептивной стимуляции, где статистически значимые улучшения были зафиксированы в указанных доменах [50].

Аспекты междисциплинарного подхода к реабилитации

Концепция и структура междисциплинарной команды

Современный подход к реабилитации пациентов с нарушениями равновесия, возникшими после ОНМК, базируется на принципах работы междисциплинарной команды (МДК), при которой координированная деятельность специалистов различных специальностей направлена на восстановление не только патофизиологических нарушений, но и ассоциированных с ними ограничений активности и участия. Структура междисциплинарной команды формируется вокруг ключевой роли. Невролог в данном случае выступает в роли координатора, осуществляя постановку диагноза, мониторинг соматического и неврологического статуса, а также фармакологическую коррекцию. При этом большинство специалистов зачастую не обладают исчерпывающими знаниями обо всём спектре существующих физиотерапевтических методик, что подчёркивает необходимость тесной интеграции со смежными специальностями. В данном контексте физиотерапевт фокусируется на коррекции специфических функциональных нарушений, ассоциированных с двигательным дефицитом, применяя широкий арсенал методов — от улучшения подвижности в суставах и силовых тренировок до сложных программ моторного обучения, нацеленных на восстановление ПК и тренировку локомоции [53].

Ключевую роль в поддержании достигнутых улучшений и их интеграции в повседневную жизнь пациента выполняет эрготерапевт. Данный специалист работает непосредственно в направлении повышения участия пациента в значимых для него видах повседневной активности, что представляет собой важный аспект повышения качества жизни. Именно эрготерапевты вносят вклад в клиническую практику и процесс реабилитации, фокусируясь на том, каким образом двигательные нарушения, включая расстройства равновесия, ограничивают выполнение бытовых и социальных действий. Их интеграция в МДК рассматривается в качестве необходимого условия для комплексного понимания процессов функционального восстановления [54]. Нейропсихолог или клинический психолог корригирует когнитивные и эмоционально-волевые нарушения, которые могут как потенцировать постуральную неустойчивость (например, при синдроме ОПИ), так и выступать её следствием (например, постинсультная депрессия или страх падения). Его деятельность направлена на активацию психофизиологических механизмов и опосредование лечебно-восстановительных воздействий через личностные ресурсы пациента с конечной целью его реинтеграции в социальную среду [55].

Эффективность функционирования МДК напрямую связана с качеством коммуникации и инструментами, обеспечивающими слаженную работу специалистов. Как демонстрируют данные исследования J.D. Lauesen и соавт., использование стандартизированных оценочных инструментов, таких как шкала функциональной независимости (Functional Independence Measure, FIM), в рамках междисциплинарных консилиумов создаёт пространство, в рамках которого специалисты взаимно улучшают свои профессиональные представления, углубляя понимание конкретного клинического случая и оптимизируя междисциплинарное взаимодействие [56].

Применение инновационных технологий с целью коррекции нарушений равновесия

Инновационные технологические решения в области реабилитации пациентов после ОНМК позволяют трансформировать стандартные реабилитационные программы. Среди них выделяются три ключевых направления: роботизированные технологии (РТ), системы с биологической обратной связью (БОС) и технологии виртуальной реальности (ВР). РТ с применением экзоскелетов и систем с поддержкой веса тела демонстрируют положительные результаты в модернизации тренировки ходьбы и поддержании ПК. Согласно данным метаанализа РКИ, проведённого A. Loro и соавт., роботизированная тренировка ходьбы приводит к статистически значимому улучшению показателей по шкале равновесия Берга со средней разницей 2,17 балла, а её комбинация с традиционной физиотерапией оказывает синергетический эффект, превосходящий результативность каждого метода в отдельности [57]. Исследование A. Rojek и соавт., сфокусированное на применении экзоскелетов, таких как Ekso GT, подтверждает их положительное влияние на параметры ПК, включая редукцию площади эллипса отклонения ЦД, что свидетельствует о повышении статической стабильности пациента. В противоположность этому в группе пациентов, проходивших стандартную программу реабилитации, отмечалось перераспределение нагрузки с заднего отдела стопы на передний [58]. Важным аспектом является дозирование механической нагрузки. Установлено, что роботизированная тренировка ходьбы с поддержкой 30% веса тела ассоциирована с более значимым улучшением баланса по шкале BBS по сравнению с режимами, использующими большую степень разгрузки, что подчёркивает необходимость калибровки параметров вмешательства [59]. Результаты пилотного исследования Y. Zhang и соавт. с применением робота-экзоскелета REX также свидетельствуют о его высокой потенциальной эффективности в стимуляции восстановления баланса тела и двигательных функций у пациентов в постинсультном периоде, что отражается в улучшении показателей не только шкалы BBS, но и специализированных шкал оценки ПК и динамической стабильности [60].

Терапия с применением систем с БОС предлагает когнитивно-ориентированный путь коррекции, обеспечивая пациенту в режиме реального времени объективную информацию о его движениях. Исследование K. Kodama и соавт. в области вибротактильной БОС, основанной на тактильной стимуляции в ответ на смещение ЦД, демонстрирует, что подобные тренировки модулируют временную организацию ПК, изменяя стратегию управления равновесием в медиолатеральном направлении [61]. Сравнительное исследование H. Kim и соавт. различных модальностей БОС выявило, что вибротактильная обратная связь, предоставляемая через датчики давления, превосходит по клинической эффективности визуальную БОС и тренировки без использования обратной связи в улучшении показателей статического равновесия и симметрии распределения веса тела [62]. Применение БОС, направленной на коррекцию специфических параметров ходьбы, таких как длительность фазы опоры, может оказывать положительное влияние на суставную кинематику, способствуя нормализации паттернов движений в тазобедренном и коленном суставах [63].

Технологии ВР создают безопасную, контролируемую и высокомотивирующую среду для тренировки баланса в условиях, моделирующих реальные. По данным РКИ, проведённого T. He и соавт., тренировки с применением технологий ВР не уступают по эффективности традиционной физиотерапии в улучшении контроля равновесия и показателей повседневной активности и даже превосходят её в развитии динамического латерального контроля, что имеет важное значение для профилактики падений [64]. Применение иммерсивной ВР в комбинации с велокинезиотерапией в остром периоде инсульта также ассоциируется со значимым улучшением параметров равновесия и двигательной активности [65]. Сравнительный анализ эффективности ВР-тренировок и стандартной физиотерапии выявил статистически значимое преимущество ВР в улучшении общего баланса по шкале Берга и двигательной функции верхних конечностей, что говорит о высокой эффективности данных технологий в контексте комплексной реабилитации, нацеленной на повышение функциональных возможностей [66]. Наряду с перечисленным выше, экзергеймы (exergames) как форма ВР-тренировок демонстрируют эффективность в коррекции функционального равновесия, позволяя за счёт целенаправленного подбора игровых сценариев воздействовать на специфические нарушения двигательного контроля, а также открывают перспективы для автономных тренировок в рамках домашней или телемедицинской реабилитации [67].

Роль кинезиотерапии, эрготерапии и психотерапии

Интеграция кинезиотерапевтических (КТ) методов с эрготерапевтическими (ЭТ) и психотерапевтическими (ПТ) формирует целостную систему, направленную на восстановление функциональной активности. Среди КТ методов доказанной эффективностью обладает метод проприоцептивной нейромышечной фасилитации (ПНФ). По данным метаанализа K. Rajasekaran и соавт., преимущество ПНФ в сравнении с другими методами, например упражнениями на боковое смещение веса тела, в улучшении ПК, параметров равновесия и локомоторных функций подтверждается статистически значимым улучшением показателей по шкале TIS (Trunk Impairment Scale) и оценки подвижности по тесту Тинетти [68]. Нейробиологической основой эффективности ПНФ является её способность индуцировать процессы нейропластичности, что отражается в повышении концентрации нейротрофического фактора мозга (Brain-Derived Neurotrophic Factor, BDNF) в сыворотке крови. Данные изменения статистически значимо коррелируют с улучшением функциональных возможностей пациента по шкале Фугла–Мейера как на 4-й неделе, так и через 6 месяцев после завершения реабилитационной программы [69, 70]. Проприоцептивные тренировки имеют максимальный клинический эффект при их комбинации с другими методами. Результаты метаанализа K. Zheng и соавт. указывают на то, что для улучшения поддержания равновесия наиболее эффективной является комбинация кинезиотерапии с программой моторного переобучения, а для улучшения параметров ходьбы — её сочетание с тренировками на основе БОС [71]. Специализированные КТ методы, включающие применение стабилоплатформ, ассоциированы с улучшением показателей равновесия по шкалам Берга и Тинетти, хотя их влияние на уровень полной функциональной активности носит частичный характер [72]. Высокоинтенсивные тренировки, в свою очередь, демонстрируют свою эффективность в повышении кардиореспираторной выносливости, объективно измеряемой с помощью шестиминутного теста ходьбы и показателя пикового потребления кислорода (VO2 peak), что формирует физиологическую основу для восстановления мобильности [73].

ЭТ метод концентрируется на интеграции тренировок, направленных на восстановление ПК, в повседневную активность пациента, что является важным фактором для достижения функциональной независимости. Данные систематического обзора A. Caña-Pino и соавт. подтверждают, что ЭТ методы, которые могут включать методики тайцзи, пилатес, ВР и изменение условий домашней среды, приводят к статистически значимому улучшению ПК, снижению страха падений и повышению уровня функциональной независимости [74]. Ранняя ЭТ программа (EOTIPS) демонстрирует свою клиническую значимость в улучшении показателей качества жизни, перцептивно-когнитивных навыков, степени независимости и снижении выраженности депрессивной симптоматики у пациентов в постинсультном периоде после выписки из стационара, что подтверждает её эффективность в обеспечении непрерывности реабилитационного процесса [75]. Важным компонентом ЭТ является рациональный подбор и использование технических средств реабилитации, между применением которых и улучшением объективных показателей равновесия по шкале Берга и тесту Тинетти выявлена положительная корреляция [73].

ПТ поддержка составляет неотъемлемый элемент междисциплинарного подхода в реабилитации пациентов после ОНМК, оказывая непосредственное влияние на приверженность терапии и долгосрочные результаты реабилитации. Снижение страха перед падениями представляет собой приоритетное направление, при этом доказана эффективность целенаправленных ЭТ вмешательств в снижении выраженности данного показателя [74]. Комплексные реабилитационные программы, интегрирующие ПТ поддержку, не только способствуют восстановлению двигательной активности, но и оказывают позитивное влияние на психоэмоциональный статус пациентов, что в конечном итоге повышает совокупную эффективность реабилитационных мероприятий и качество жизни [76].

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Нарушения ПК представляют собой центральный многоуровневый патогенетический фактор, который в своём исходе ведёт к ограничению жизнедеятельности пациентов после перенесённого ОНМК. Патофизиологической основой данных нарушений является дисфункция распределённой в ГМ нейронной сети, обеспечивающей процессы сенсомоторной интеграции и стабилизации, что клинически манифестирует снижением мобильности, повышенным риском падений и значительным ограничением бытовой и социальной активности. Современная реабилитация пациентов после инсульта предполагает реализацию междисциплинарного подхода, интегрирующего профессиональные компетенции врачей различных специальностей, включая неврологов, физиотерапевтов, эрготерапевтов и клинических психологов. Доказательной эффективностью характеризуются целенаправленные КТ методики, такие как проприоцептивный тренинг и ПНФ, а также инновационные технологические решения — РТ, системы, основанные на применении БОС, и ВР. Указанные подходы не только улучшают физиологические параметры ПК, но и индуцируют положительные изменения на уровне активности, участия и вовлечённости в социальную деятельность, потенцируя процессы нейропластичности и нивелируя психологические барьеры, такие как страх падения. Исходя из вышесказанного, восстановление ПК требует реализации комплексного персонализированного подхода, направленного на коррекцию сенсомоторного дефицита, повышение функциональной активности и качества жизни пациентов, что составляет основу их успешной социальной реинтеграции.

ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ

Вклад авторов. Гагановa А.Л., Кравцова М.А. — администрирование проекта, определение концепции, работа с данными, написание черновика рукописи; Гайнуллин Р.А., Павлова Е.Е., Джамалутиновa С.Д. — разработка методологии, анализ данных; Самоделкина Ю.Р., Ихсанова М.Ф., Сергеев А.В., Болтабоев К.И., Махамадалиев С.Б., Фаррахова А.З. — работа с данными, анализ данных; Алсынбаева Р.Р., Гасанова Д.З., Мишина Э.А. — пересмотр и редактирование рукописи. Все авторы одобрили финальную версию перед публикацией, а также согласились нести ответственность за все аспекты работы, гарантируя надлежащее рассмотрение и решение вопросов, связанных с точностью и добросовестностью любой её части.

Источники финансирования. Отсутствуют.

Раскрытие интересов. Авторы заявляют об отсутствии отношений, деятельности и интересов за последние три года, связанных с третьими лицами (коммерческими и некоммерческими), интересы которых могут быть затронуты содержанием статьи.

Оригинальность. При проведении исследования и создании настоящей работы авторы не использовали ранее опубликованные сведения (текст, иллюстрации, данные).

Доступ к данным. Редакционная политика в отношении совместного использования данных к настоящей работе не применима.

Генеративный искусственный интеллект. При создании настоящей статьи технологии генеративного искусственного интеллекта не использовались.

Рассмотрение и рецензирование. Рукопись направлена в редакцию в инициативном порядке и рассмотрена по обычной процедуре. В рецензировании участвовали два внешних рецензента, член редакционной коллегии и научный редактор издания.

ADDITIONAL INFORMATION

Author contributions: A.L. Gaganova, M.A. Kravtsova: project administration, conceptualization, data curation, writing — original draft; R.A. Gaynullin, E.E. Pavlova, S.D. Jamalutinova: methodology, formal analysis; Yu.R. Samodelkina, M.F. Ikhsanova, A.V. Sergeev, K.I. Boltaboev, S.B. Makhamadaliev, A.Z. Farrakhova: data curation, formal analysis; R.R. Alsynbaeva, D.Z. Gasanova, E.A. Mishina: writing — review & editing. All the authors approved the version of the manuscript to be published and agreed to be accountable for all aspects of the work, ensuring that questions related to the accuracy or integrity of any part of the work are appropriately investigated and resolved.

Funding source: None.

Disclosure of interests: The authors have no relationships, activities or interests for the last three years related with for-profit or not-for-profit third parties whose interests may be affected by the content of the article.

Statement of originality: In creating this work, the authors did not use previously published information (text, illustrations, data).

Data availability statement: The editorial policy regarding data sharing does not apply to this work, and no new data was collected or created.

Generative AI: Generative AI technologies were not used for this article creation.

Provenance and peer-review: This paper was submitted to the journal on an unsolicited basis and reviewed according to the usual procedure. Two external reviewers, a member of the editorial board, and the scientific editor of the publication participated in the review.

×

About the authors

Aleksandra L. Gaganova

Sechenov First Moscow State Medical University

Author for correspondence.
Email: aleksandragaganova64@gmail.com
ORCID iD: 0009-0004-2317-1678
Russian Federation, Moscow

Marina A. Kravtsova

Sechenov First Moscow State Medical University

Email: marinamarinakravtsova2001@yandex.ru
ORCID iD: 0009-0002-2771-7725
Russian Federation, Moscow

Ekaterina E. Pavlova

Saint Petersburg State University

Email: catypa0378@gmail.com
ORCID iD: 0009-0002-4271-0134
Russian Federation, Saint Petersburg

Ruslan A. Gaynullin

Bashkir State Medical University

Email: gaynullin.88@gmail.com
ORCID iD: 0000-0002-5441-7480
SPIN-code: 7094-7733

Cand. Sci. (Biology), Associate Professor

Russian Federation, Ufa

Sadiyat D. Jamalutinova

Bashkir State Medical University

Email: d.sadiat11022004@gmail.com
ORCID iD: 0009-0005-4677-6191
Russian Federation, Ufa

Yulia R. Samodelkina

Bashkir State Medical University

Email: samodelkina.2003@mail.ru
ORCID iD: 0009-0008-0598-4850
Russian Federation, Ufa

Maya F. Ikhsanova

Bashkir State Medical University

Email: maya.yakir@icloud.com
ORCID iD: 0009-0008-3386-9251
Russian Federation, Ufa

Andrey V. Sergeev

Bashkir State Medical University

Email: an2reys01@gmail.com
ORCID iD: 0009-0005-6828-3566
Russian Federation, Ufa

Kosimjon I. Boltaboev

Bashkir State Medical University

Email: bki20002307gmail@mail.ru
ORCID iD: 0009-0008-5096-8972
Russian Federation, Ufa

Sardorbek B. Makhamadaliev

Bashkir State Medical University

Email: sardorbekmahamadaliev2002@gmail.com
ORCID iD: 0009-0005-4610-3050
Russian Federation, Ufa

Azaliya Z. Farrakhova

Bashkir State Medical University

Email: farrahovaazaliaa1@gmail.com
ORCID iD: 0009-0003-3939-8669
Russian Federation, Ufa

Renata R. Alsynbaeva

Bashkir State Medical University

Email: rena.alsynbaeva24@mail.ru
ORCID iD: 0009-0004-5667-0764
Russian Federation, Ufa

Dzhamilya Z. Gasanova

Dagestan State Medical University

Email: gasanodjamila@yandex.ru
ORCID iD: 0009-0001-9724-7389
Russian Federation, Makhachkala

Evelina A. Mishina

Bashkir State Medical University

Email: evelina.mishina@bk.ru
ORCID iD: 0009-0004-4178-5745
Russian Federation, Ufa

References

  1. Strilciuc S, Grad DA, Radu C, et al. The economic burden of stroke: a systematic review of cost of illness studies. J Med Life. 2021;14(5):606–619. doi: 10.25122/jml-2021-0361
  2. Bakaeva DI, Mamatova EM, Musaeva KH. Epidemiological characteristics and etiopathogenetic variants of the modern course of hemorrhagic stroke. Kyrgyz State Med Acad I.K. Akhunbaeva. 2023;3(2). doi: 10.54890/1694-6405_2023_2_48
  3. Chen Y, Du H, Song M, et al. Relationship between fear of falling and fall risk among older patients with stroke: a structural equation modeling. BMC Geriatr. 2023;23:647. doi: 10.1186/s12877-023-04298-y
  4. Conrad J, Habs M, Boegle R, et al. Global multisensory reorganization after vestibular brain stem stroke. Ann Clin Transl Neurol. 2020;7(10):1788–1801. doi: 10.1002/acn3.51161
  5. La Scaleia B, Siena A, D’Onofrio L, et al. Deterioration of vestibular motion perception: a risk factor for postural instability and falls in elderly with type 2 diabetes. Diabetes Metab Res Rev. 2024;40(7):e3845. doi: 10.1002/dmrr.3845
  6. Lim C. Multi-sensorimotor training improves proprioception and balance in subacute stroke patients: a randomized controlled pilot trial. Front Neurol. 2019;10:157. doi: 10.3389/fneur.2019.00157
  7. Niewolak K, Antkiewicz J, Piejko L, et al. Assessment of Postural Control and Gait in Patients with Chronic Stroke After Treadmill Perturbation-Based Training: A Randomized Clinical Trial. J Clin Med. 2025;14(17):6142. doi: 10.3390/jcm14176142
  8. Samartsev IN, Zhivolupov SA, Butakova YS. Modern concepts of neurophysiological mechanisms and clinical manifestations of statodynamic disorders, possibilities of their correction. Clin Pharmacol Ther. 2019;28(2):93–98. doi: 10.32756/0869-5490-2019-2-93-98
  9. Peterka RJ, Murchison CF, Parrington L, et al. Implementation of a central sensorimotor integration test for characterization of human balance control during stance. Front Neurol. 2018;9:1045. doi: 10.3389/fneur.2018.01045
  10. Mahmoudzadeh A, Nakhostin Ansari N, Naghdi S, et al. Role of spasticity severity in the balance of post-stroke patients. Front Hum Neurosci. 2021;15:783093. doi: 10.3389/fnhum.2021.783093
  11. Damulin IV, Tardov MV. Clinical and pathogenetic features of cerebellar ataxia. Trudnyi Patsient. 2020;18(10):17–23. doi: 10.24411/2074-1995-2020-10067 EDN: IDMEJP
  12. Gao S, Yu Z, Liu X. The correlation between lower limb spasticity and proprioceptive dysfunction in post-stroke patients. Front Neurol. 2025;16:1634382. doi: 10.3389/fneur.2025.1634382
  13. Li S, Li K, Huang Z, et al. The relationship between balance and visuospatial attention on hemispheric stroke Survivors: A study of egocentric and allocentric neural processing. NeuroImage Clin. 2025;103861. doi: 10.1016/j.nicl.2025.103861
  14. Gammeri R, Iacono C, Ricci R, et al. Unilateral Spatial Neglect After Stroke: Current Insights. Neuropsychiatr Dis Treat. 2020;16:131–152. doi: 10.2147/NDT.S171461
  15. He J, Gong C, Zhu X, et al. Cortical activation changes in supratentorial stroke patients during posture-cognition dual task. Front Neurol. 2025;16:1521687. doi: 10.3389/fneur.2025.1521687
  16. Lim SB, Peters S, Yang CL, et al. Frontal, sensorimotor, and posterior parietal regions are involved in dual-task walking after stroke. Front Neurol. 2022;13:904145. doi: 10.3389/fneur.2022.904145
  17. Wang Q, Dai W, Xu S, et al. Brain activation of the PFC during dual-task walking in stroke patients: A systematic review and meta-analysis of functional near-infrared spectroscopy studies. Front Neurosci. 2023;17:1111274. doi: 10.3389/fnins.2023.1111274
  18. Kohli S, Fitzgibbon-Collins LK, Luan S, et al. Exploring the relationship between prefrontal cortex activation, standing balance, and fatigue in people post-stroke: A fNIRS study. NeuroRehabilitation. 2025;10538135251341124. doi: 10.1177/105381352513411
  19. Guryanova EA, Kovalchuk VV, Tikhoplav OA, et al. Functional electrical stimulation in the restoration of walking after a stroke. A review of the scientific literature. Phys Rehabil Med Med Rehabil. 2020;2(3):244–262. doi: 10.36425/rehab34831 EDN: DIKKPO
  20. Khatkova SE, Kostenko EV, Akulov MA, et al. Modern aspects of the pathophysiology of gait disorders in post-stroke patients and features of their rehabilitation. S.S. Korsakov J Neurol Psychiatry. 2019;119(12):43–50. doi: 10.17116/jnevro201911912143 EDN: UDKGIK
  21. Compagnat M, Mandigout S, Batcho CS, et al. Validity of wearable actimeter computation of total energy expenditure during walking in post-stroke individuals. Ann Phys Rehabil Med. 2020;63(3):209–215. doi: 10.1016/j.rehab.2019.07.002
  22. Roelofs JM, Zandvliet SB, Schut IM, et al. Mild stroke, serious problems: limitations in balance and gait capacity and the impact on fall rate, and physical activity. Neurorehabil Neural Repair. 2023;37(11–12):786–798. doi: 10.1177/15459683231207360
  23. Dalli LL, Borschmann K, Cooke S, et al. Fracture risk increases after stroke or transient ischemic attack and is associated with reduced quality of life. Stroke. 2023;54(10):2593–2601. doi: 10.1161/STROKEAHA.123.043094
  24. Pin TW, Winser SJ, Chan WLS, et al. Association between fear of falling and falls following acute and chronic stroke: a systematic review with meta-analysis. J Rehabil Med. 2024;56:jrm18650. doi: 10.2340/jrm.v56.18650
  25. Chen M, Pan Z, Lin C. Mediating effect analysis: How frailty affects fear of falling and fall risk in elderly patients with ischemic stroke. Medicine (Baltimore). 2025;104(40):e45035. doi: 10.1097/MD.0000000000045035
  26. Gobezie M, Kassa T, Suliman J, et al. Balance impairment and associated factors among stroke survivors in public hospitals of Amhara regional state: a multicenter cross-sectional study. BMC Neurol. 2024;24:387. doi: 10.1186/s12883-024-03885-9
  27. Ghaffari A, Rostami HR, Akbarfahimi M. Predictors of instrumental activities of daily living performance in patients with stroke. Occup Ther Int. 2021;2021:6675680. doi: 10.1155/2021/6675680
  28. Tsiakiri A, Plakias S, Kokkotis C, et al. Instrumental Activities of Daily Living in Neurocognitive Disorders: Determinants and Clinical Implications for Health Promotion. Brain Sci. 2025;15(4):417. doi: 10.3390/brainsci15040417
  29. Einstad MS, Thingstad P, Lydersen S, et al. Physical performance and cognition as predictors of instrumental activities of daily living after stroke: a prospective multicenter cohort study. Arch Phys Med Rehabil. 2022;103(7):1320–1326. doi: 10.1016/j.apmr.2022.01.153
  30. Alghadir AH, Al-Eisa ES, Anwer S, et al. Reliability, validity, and responsiveness of three scales for measuring balance in patients with chronic stroke. BMC Neurol. 2018;18:141. doi: 10.1186/s12883-018-1146-9
  31. Kostenko EV, Petrova LV, Pogonschenkova IV. Validation of the Motor Activity Assessment Scale (Tinetti Test) in Russia for patients after stroke. Bulletin of rehabilitation medicine. 2023;22(3):29–39. doi: 10.38025/2078-1962-2023-22-3-29-39 EDN: AWZVRC
  32. Miyata K, Tamura S, Kobayashi S, et al. Berg Balance Scale is a Valid Measure for Plan Interventions and for Assessing Changes in Postural Balance in Patients with Stroke. J Rehabil Med. 2022;54:jrm00359. doi: 10.2340/jrm.v54.4443
  33. Önal B, Köse N, Önal ŞN, et al. Validity and Reliability of the Berg Balance Scale in Different Tele-Assessment Methods in Patients With Stroke. J Eval Clin Pract. 2025;31(4):e70141. doi: 10.1111/jep.70141
  34. Soto-Varela A, Rossi-Izquierdo M, del-Río-Valeiras M, et al. Modified timed up and go test for tendency to fall and balance assessment in elderly patients with gait instability. Front Neurol. 2020;11:543. doi: 10.3389/fneur.2020.00543
  35. Fiedorová I, Mrázková E, Zádrapová M, et al. Receiver Operating Characteristic Curve Analysis of the Somatosensory Organization Test, Berg Balance Scale, and Fall Efficacy Scale–International for Predicting Falls in Discharged Stroke Patients. Int J Environ Res Public Health. 2022;19(15):9181. doi: 10.3390/ijerph19159181 EDN: KGRSWX
  36. Shim D, Park D, Yoo B, et al. Evaluation of sitting and standing postural balance in cerebral palsy by center-of-pressure measurement using force plates: Comparison with clinical measurements. Gait Posture. 2022;92:110–115. doi: 10.1016/j.gaitpost.2021.11.024
  37. Stepanyan IV, Grokhovskiy SS, Savkin MA. Identification of pathobiomechanical markers of statokinesiograms using neural network identification of post-stroke condition. Russ J Biomech. 2023;27(1):98–108. doi: 10.15593/RZhBiomeh/2023.1.09 EDN: PJJKNC
  38. Chen N, Xiao X, Hu H, et al. Identify the alteration of balance control and risk of falling in stroke survivors during obstacle crossing based on kinematic analysis. Front Neurol. 2019;10:813. doi: 10.3389/fneur.2019.00813
  39. Cho J, Ha S, Lee J, et al. Stroke walking and balance characteristics via principal component analysis. Sci Rep. 2024;14:10465. doi: 10.1038/s41598-024-60943-5
  40. Dolganova TI, Popkov DA, Dolganov DV, et al. Indicators of the kinetics of locomotor stereotypes in healthy children in different speed ranges of movement. Genij Ortop. 2022;28(3):417–424. doi: 10.18019/1028-4427-2022-28-3-417-424 EDN: ABFMRF
  41. Alammari BJ, Schoenwether B, Ripic Z, et al. Validity of AI-Driven Markerless Motion Capture for Spatiotemporal Gait Analysis in Stroke Survivors. Sensors. 2025;25(17):5315. doi: 10.3390/s25175315
  42. Latorre J, Colomer C, Alcañiz M, et al. Gait analysis with the Kinect v2: normative study with healthy individuals and comprehensive study of its sensitivity, validity, and reliability in individuals with stroke. J NeuroEngineering Rehabil. 2019;16:97. doi: 10.1186/s12984-019-0568-y
  43. Felius RAW, Geerars M, Bruijn SM, et al. Reliability of IMU-based balance assessment in clinical stroke rehabilitation. Gait Posture. 2022;98:62–68. doi: 10.1016/j.gaitpost.2022.08.005
  44. Felius RAW, Geerars M, Bruijn SM, et al. Reliability of IMU-Based Gait Assessment in Clinical Stroke Rehabilitation. Sensors. 2022;22(3):908. doi: 10.3390/s22030908
  45. Martino Cinnera A, Picerno P, Bisirri A, et al. Upper limb assessment with inertial measurement units according to the international classification of functioning in stroke: a systematic review and correlation meta-analysis. Top Stroke Rehabil. 2023;31(1):66–85. doi: 10.1080/10749357.2023.2197278
  46. Singh A, Sahni RK, Singh H. Comparison Of Activity Limitation And Participation Restriction Status Of Individuals With Right And Left Cerebral Hemisphere Stroke. International Journal of Advanced Research and Publications. 2018;2(12):37–42.
  47. Ivanova GE, Melnikova EV, Shamalov NA, et al. Use of ICF and assessment scales in medical rehabilitation. Bulletin of rehabilitation medicine. 2018;(3):14–20. EDN: UTXLCY
  48. Shmonin AA, Maltseva MN, Solovyeva LN, et al. The role of multidisciplinary rehabilitation team specialists in improving the quality of rehabilitation diagnostics. Bulletin of the Ivanovo state medical academy. 2023;28(4):5–9. doi: 10.52246/1606-8157_2023_28_4_5 EDN: DMUOIL
  49. Hugues A, Di Marco J, Ribault S, et al. Limited evidence of physical therapy on balance after stroke: A systematic review and meta-analysis. PLoS One. 2019;14(8):e0221700. doi: 10.1371/journal.pone.0221700
  50. Wiśniowska-Szurlej A, Leszczak J, Brożonowicz J, et al. Effectiveness of a rehabilitation program involving functional proprioceptive stimulation for postural control and motor recovery among stroke patients: a double-blinded, randomized, controlled trial. J NeuroEngineering Rehabil. 2025;22:147. doi: 10.1186/s12984-025-01678-w
  51. de Azevedo JA, Barbosa FDS, Seixas VM, et al. Effects of constraint-induced movement therapy on activity and participation after a stroke: Systematic review and meta-analysis. Front Hum Neurosci. 2022;16:987061. doi: 10.3389/fnhum.2022.987061
  52. Soni M, Patel P, Amin D, et al. Gender Specific Comparison of Activity Limitation, Participation Restriction and Community Re Integration among Stroke Patients. Indian J Physiother Occup Ther. 2019;13(1). doi: 10.5958/0973-5674.2019.00031.5
  53. Shahid J, Kashif A, Shahid MK. A Comprehensive Review of Physical Therapy Interventions for Stroke Rehabilitation: Impairment-Based Approaches and Functional Goals. Brain Sci. 2023;13(5):717. doi: 10.3390/brainsci13050717
  54. Ranford J, Asiello J, Cloutier A, et al. Interdisciplinary stroke recovery research: the perspective of occupational therapists in acute care. Front Neurol. 2019;10:1327. doi: 10.3389/fneur.2019.01327
  55. Baulina ME, Varako NA, Zinchenko YP, et al. Neuropsychological diagnosis and rehabilitation of patients with apraxia in brain lesions of various etiologies. Natl Psychol J. 2023;17(1):3–17. doi: 10.11621/npj.2023.0101 EDN: LLASAW
  56. Lauesen JD, Larsen K, Lykke JL, et al. Healthcare Professionals’ Experiences with Functional Independence Measure (FIM) as a Structured Framework for Interprofessional Team Meetings in Danish Stroke Rehabilitation: A Qualitative Cross-Sectoral Collaborative Study. Rehabil Res Pract. 2023;2023:6660296. doi: 10.1155/2023/6660296
  57. Loro A, Borg MB, Battaglia M, et al. Balance Rehabilitation through Robot-Assisted Gait Training in Post-Stroke Patients: A Systematic Review and Meta-Analysis. Brain Sci. 2023;13(1):92. doi: 10.3390/brainsci13010092
  58. Rojek A, Mika A, Oleksy Ł, et al. Effects of exoskeleton gait training on balance, load distribution, and functional status in stroke: a randomized controlled trial. Front Neurol. 2020;10:1344. doi: 10.3389/fneur.2019.01344
  59. Choi W. Effects of Robot-Assisted Gait Training with Body Weight Support on Gait and Balance in Stroke Patients. Int J Environ Res Public Health. 2022;19(10):5814. doi: 10.3390/ijerph19105814
  60. Zhang Y, Zhao W, Wan C, et al. Exoskeleton rehabilitation robot training for balance and lower limb function in sub-acute stroke patients: a pilot, randomized controlled trial. J NeuroEngineering Rehabil. 2024;21(1):98. doi: 10.1186/s12984-024-01391-0
  61. Kodama K, Yasuda K, Kuznetsov NA, et al. Balance training with a vibrotactile biofeedback system affects the dynamical structure of the center of pressure trajectories in chronic stroke patients. Front Hum Neurosci. 2019;13:84. doi: 10.3389/fnhum.2019.00084
  62. Kim H, Kim H, Shin W-S. Effects of Vibrotactile Biofeedback Providing Real-Time Pressure Information on Static Balance Ability and Weight Distribution Symmetry Index in Patients with Chronic Stroke. Brain Sci. 2022;12(3):358. doi: 10.3390/brainsci12030358
  63. Skvortsov DV, Kaurkin SN, Ivanova GE. A Study of Biofeedback Gait Training in Cerebral Stroke Patients in the Early Recovery Phase with Stance Phase as Target Parameter. Sensors. 2021;21(21):7217. doi: 10.3390/s21217217 EDN: MKCCUM
  64. He T, Zhang M, Chen X, et al. Comparing the effects of virtual reality and traditional balance training on trunk control, sitting balance, and activities of daily living in patients with stroke: a randomized controlled trial. BMC Sports Sci Med Rehabil. 2025;17(1):294. doi: 10.1186/s13102-025-01323-y
  65. Turovinina EF, Plotnikov DN. Experience of using immersive virtual reality (VIARR100) in the rehabilitation of patients with ischemic stroke in the acute period. Sovrem Vopros Biomed. 2024;8(3):227–234. doi: 10.24412/2588-0500-2024_08_03_25 EDN: GPYRJV
  66. Anwar N, Karimi H, Ahmad A, et al. Virtual reality training using Nintendo Wii games for patients with stroke: randomized controlled trial. JMIR Serious Games. 2022;10(2):e29830. doi: 10.2196/29830
  67. Cikajlo I, Rudolf M, Mainetti R, et al. Multi-exergames to set targets and supplement the intensified conventional balance training in patients with stroke: a randomized pilot trial. Front Psychol. 2020;11:572. doi: 10.3389/fpsyg.2020.00572
  68. Rajasekaran K. Effectiveness Of Proprioceptive Neuromuscular Facilitation (PNF) Exercises Of Pelvis Versus Lateral Weight Shifting Exercises On Trunk Motor Control And Balance Among Post-Stroke Patients. Int J Environ Sci. 2025;11(23s).
  69. Chaturvedi P, Singh AK, Kulshreshtha D, et al. Proprioceptive neuromuscular facilitation (PNF) vs. task specific training in acute stroke: the effects on neuroplasticity. MOJ Anat Physiol. 2018;5(2):154–158. doi: 10.15406/mojap.2018.05.00181
  70. Chaturvedi P, Singh AK, Tiwari V, et al. Post-stroke BDNF concentration changes following proprioceptive neuromuscular facilitation (PNF) exercises. J Family Med Prim Care. 2020;9(7):3361–3369. doi: 10.4103/jfmpc.jfmpc_1051_19
  71. Zheng K, Li L, Zhou Y, et al. Optimal proprioceptive training combined with rehabilitation regimen for lower limb dysfunction in stroke patients: a systematic review and network meta-analysis. Front Neurol. 2024;15:1503585. doi: 10.3389/fneur.2024.1503585
  72. Chiaramonte R, D’Amico S, Caramma S, et al. The effectiveness of goal-oriented dual task proprioceptive training in subacute stroke: a retrospective observational study. Ann Rehabil Med. 2024;48(1):31–41. doi: 10.5535/arm.23086
  73. Baricich A, Borg MB, Battaglia M, et al. High-Intensity Exercise Training Impact on Cardiorespiratory Fitness, Gait Ability, and Balance in Stroke Survivors: A Systematic Review and Meta-Analysis. J Clin Med. 2024;13(18):5498. doi: 10.3390/jcm13185498
  74. Caña-Pino A, Pesado-Fernández L. Occupational Therapy Interventions for Fall Prevention in Older Adults: A Systematic Review of Multimodal Strategies. Physiologia. 2025;5(3):33. doi: 10.3390/physiologia5030033
  75. García-Pérez P, Rodríguez-Martínez MC, Gallardo-Tur A, et al. Early Occupational Therapy Intervention post-stroke (EOTIPS): A randomized controlled trial. PLoS One. 2024;19(8):e0308800. doi: 10.1371/journal.pone.0308800
  76. Miryutova NF, Mikhaylova LV, Minchenko NN. Balance platform training in motor rehabilitation of patients after stroke: a prospective randomized study. Bulletin of rehabilitation medicine. 2023;22(1):28–35. doi: 10.38025/2078-1962-2023-22-1-28-35 EDN: EMQUNU

Supplementary files

Supplementary Files
Action
1. JATS XML
Download
2. Fig. 1. Study search algorithm.

Download (268KB)
Indexing metadata

Copyright (c) 2025 Eco-Vector

Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution-NonCommercial-NoDerivatives 4.0 International License.
СМИ зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор).
Регистрационный номер и дата принятия решения о регистрации СМИ: серия ПИ № ФС 77 - 86505 от 11.12.2023 г. 
СМИ зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор).
Регистрационный номер и дата принятия решения о регистрации СМИ: серия ЭЛ № ФС 77 - 80654 от 15.03.2021 г.